analitik_2009 (analitik_2009) wrote in m_introduction,
analitik_2009
analitik_2009
m_introduction

Categories:

Арт-группа "ПГ". СлавьСос Россия!




Следует ли всем, кто поддержал группу Война, ждать гостей в погонах?


Обложка первого номера журнала "ПГ".




Плакаты из серии "Слава России" арт-группы "ПГ".

Группа "ПГ" образована в 2000 году. В настоящий момент в ее состав входят Илья Фальковский, Алексей Каталкин и Борис Спиридонов. "ПГ" имеет различные расшифровки, например, "Преступная группа", "Противотанковая граната", "Пожарный гидрант", которые меняются от проекта к проекту.


Алексей Каталкин
(наст. имя Алекс Рашкован) – место и год рождения неизвестны, национальность – молдаванин, прежний род занятий – фарцовщик с Солянки, в настоящее время – профессиональный катала.

Илья Фальковский
(Ильяс Фалькаев) – место и год рождения неизвестны, нац. – чеченец, долгое время был рядовым бойцом преступной группировки, контролировавшей валютные спекуляции, торговлю золотом, орденами Ленина и проституцию на Юго-Западе столицы.

Борис Спиридонов
(он же Ручечник) – род. в 1920 году, нац. – русский, старейший московский вор-карманник, промышляющий кражами в театрах, музеях, художественных галереях и прочих местах культурного досуга.

Сайт групы:http://www.pop-grafika.net/




















ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА О ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПГ

ПГ – автономная, мобильная, преступная группа "художников", склонных к многофункциональной деятельности. Известен глубокомысленный афоризм ПГ: "Петь, плясать, писать для нас – все равно, что рисовать". Так и есть – двоякий смысл этого высказывания заключается в том, что, с одной стороны, этим ребятам было абсолютно не важно, чем заниматься – петь ли, плясать ли или задорно боксировать, а с другой – им было действительно все равно, что именно "рисовать". Любой объект в их умелых воровских руках становился форменным произведением искусства. Любое их действие превращалось в жест искусства. Что бы ни делали эти тончайшие ценители красоты, подлинные – не побоюсь этого слова – мастера, знатоки, эти элегантные, стильные молодые урки – все получалось одинаково хорошо. Вот почему даже обычное их появление на людях вызывало бурю оваций и приступы смеха.

Преступная группа возникла осенью 1998 года по инициативе А. Делфина, А. Каталкина, А. Фальковского, чуть позже к ним присоединился освободившийся А. Черняк. После 17 августа возникло ощущение исчерпанности пространства, которое сформировалось в постперестроечное время. В поисках новых территорий, еще не поделенных на сферы влияния, группа переместилась в иные миры. Там она стала возделывать свежее культурное поле советских сорняков и младорусских трансгенных мутантов. Пришлось овладеть и новой феней – языком современных массовых понятий.

Первым продуктом деятельности ПГ на этой зоне стал вышедший в январе 1999 года Журнал (аббр. – "жирные урки режут ножами аналы лохам"), в котором сочетались традиции нелегальных хаз времен СССР, нынешний агрессивный стиль и приятная русская бесшабашность. Затем была раскручена цепура гастролей по Москве и Петербургу: под видом выставок современных художников, музыкальных шоу, перформансов и литературных действий ПГ побывало во многих фартовых местах. Удалось похавать на славу и побазарить с кем надо. Как писала А. Маринина: "Главное – это появиться в черное время суток в черной комнате и не забыть свой белый пистолет". С июня на полную катушку заработала стилеобразующая мегамашина – веб-станок Голос ПГ. Потекли бабки. Как сказал Масхадову Путин: "Не мочи жопу в унитазе, и все будет путем". Параллельно были отморожены и другие ПГ-программы.

На допросе пэгэшники во всю глотку заявили о психоделическом геализме, стиле без рамок, когда наиболее адекватным способом описания реальности выглядит "полный неадекват" – монолог безумного творца, одновременно и автора, и героя, и... "Вор должен сидеть в психушке!" – таковы были их последние слова.

Екатерина Ильинична Деготь, канд-т искусствоведения.
Пресс-релиз к выставке "Пресс-формат", "Дом", 2000.






PUTIMED.


Вне поля зрения. (Эра милосердия).


Сомали уже здесь.












Это конец. Инсталляция.

Недавно мы все узнали из колонки Андрея Ерофеева в «АртХронике», что к нашему другу, московскому художнику Илье Фальковскому, вломились в мастерскую какие-то непредставившиеся сотрудники неизвестного ведомства. Мастерской у него больше нет, а сам он после этого исчез.

Это произошло в середине января. История в прессу не попала, но информация, как водится, растеклась.
За Фальковским следили, за ним была «наружка» — это слово больше не кажется чем-то, что происходит только в шпионских романах.
Его поймали на улице вместе с еще одним художником, после чего затащили в мастерскую.
Фээсбэшники, «эшники», опера без всякого ордера и документов обыскали мастерскую, а самого Илью несколько часов подряд прессовали.
Виды угроз всё те же — что нашлют фашиков и те здесь всё переломают и сожгут, что подбросят оружие или наркотики и посадят на сакраментальные семь лет. Сторона нападения утверждала, что он не художник, а экстремист и китайский шпион (Илья часто бывает в Китае), и требовала подписать бумагу о сотрудничестве.

Рассказывают, что перед тем, как мастерскую опечатали, в дверях появился главный знаток творчества группы «ПГ».
Он сообщил, что ему совсем не нравится клип «Вампир» и лайтбокс про негров.



Высокопоставленный поклонник также заявил о намерении посещать впредь все выставки группы, и вообще сказал, что хочет часто встречаться и дружить, пообещав новую встречу дня через два.

Оставшиеся ценители, которые в это время занимались незаконным коллекционированием арт-объектов производства группы «ПГ», посоветовали художникам сменить тематику творчества на восхваление героев Чечни и Афгана.

Хозяева дома в Лебяжьем переулке, где располагались мастерские «ПГ», Литичевского и Острецова, перепугались и разорвали отношения на всякий случай и с остальными художниками — правами на помещение те не владели.

Фальковский не стал общаться с прессой, а попросту уехал из страны.

Но это еще не вся история.

Говорят, что во время «беседы», которую проводили анонимные работники органов, в списке прегрешений Фальковского против священного режима назывались «связи с антифашистами» и то, что он был одним из участников кампании в поддержку арестованных Николаева и Воротникова, группа "Война".
Кроме того, Илье сообщили, когда именно арестованных освободят — мол, трех месяцев для начала хватит.

Эти два факта дают нам невероятную картину, скажем так, тотального контроля кураторов из ФСБ над происходящим в искусстве.


Возникает вопрос: чего стоит общественная поддержка, все усилия адвокатов, подписи Сокурова, Гельмана, Боровского под письмом в суд, обращения других очень серьезных людей и тысяч выступавших против заключения Олега и Лени под стражу, если решение о том, чтобы их выпустить, было принято не в суде, а на Лубянке?

Ничего не стоит.
Если кто-то думал, что их освободили потому, что суд признал доводы защиты более серьезными, чем доводы обвинения, —видимо, пришло время расстаться с этой иллюзией.
Нам сообщают: «Когда захотим, тогда и освободим, а захотим — снова посадим».

За последние полгода произошла практически полная консолидация арт-сообщества, правозащитников, молодежных движений и интеллигенции по вопросу о том, поддерживать или не поддерживать радикальных художников.
В этом, на мой взгляд, единственная польза от чудовищной и неконституционной отсидки Николаева и Воротникова.
Так что гостей теперь ждут все.
Ждут экологи, антифа, ждут правозащитники, ждут анархисты, ждут лимоновцы, ждут поэты-сатирики, ждут рок-музыканты, ждут издатели и владельцы книжных магазинов, ждут галерейщики и кураторы, ждут блогеры, журналисты, телеканалы и журналы, ждут булочники, краеведы и владельцы аквариумных рыбок.

Очевидно, пришли именно к Фальковскому потому, что он сам протестный художник и не мог не привлечь внимание органов. Но какого рода этот протест и угрожает ли он обществу?

Творчество группы «ПГ» давно и хорошо известно всей московской публике, хоть мало-мальски связанной с потреблением какой-либо интеллектуальной продукции. Относились к нему всегда довольно спокойно — это всего лишь картинки и ролики, лайт-боксы и видео, как правило сделанные с большим юмором (Фальковского и Каталкина даже упрекали в недостаточной протестности и слишком большой доле условности, недостаточном радикализме).

Нужно признать, что по сути это обычное городское искусство.
В Америке и Европе такого искусства тонны — его включают в свои курсы преподаватели университетов, о нем пишет пресса.
Чтобы его делать, не нужно нарушать уголовный кодекс и вступать в прямое противодействие власти.
Нужны всего лишь талант, мастерская и немного убеждений.

Однако из этой точки, то есть из России 2011 года, старые и хорошо известные работы группы «ПГ», над которыми мы посмеивались еще несколько лет назад, кажутся невероятно смелыми: картинка «Призиденты-пиздаболы»; работа «Это конец», где наци-скины режут негров только потому, что и те и другие шли по одной улице; ролик «Новости», в котором китайцы завоевывают Россию; музыкальный клип «Вампир» — инсценировка художниками стрельбы по кортежу президента — все это сейчас уже немыслимо.

Если раньше власть спокойно проходила мимо подросткового, по сути, анархистского искусства, то сейчас она высылает карательный отряд, чтобы разобраться с каждым, кто нарисует пизду или хуй.
Власть хочет каждого такого рисовальщика запугать, заставить сотрудничать, дожать, сломать, завербовать.

Власть крайне озабочена воспитательными мерами в отношении протестного искусства, общества и особенно в отношении молодежных организаций любой направленности.

Но до какой степени может дойти эта навязчивая забота?

В связи с разгромом мастерской Фальковского нельзя не вспомнить одну из самых страшных вех андеграундного искусства XX века — смерть питерского художника-нонконформиста Евгения Рухина.
Он в 1976 году сгорел в своей мастерской при пожаре, устроенном КГБ, как считают все, кто застал те времена.
А времена были жуткие — разгром выставок, в том числе «бульдозерной выставки», в организации которой Рухин принимал участие; постоянная слежка за художниками; постоянные допросы в КГБ; давление с целью заставить их отречься от всех художественных методов, кроме соцреалистического; шесть лет лагерей Юла Рыбакова за надпись о душе на стенах Петропавловской крепости…
Всего не перечислишь.

Считается, что сейчас времена «вегетарианские». Я только не понимаю, чем те времена отличаются от нынешних.

Недавние репрессии в отношении тысяч антифашистов после Химок, причем с пытками, постоянная слежка за группой Война, недавнее нападение «эшников» на Козу, Вора и Леню на улице, а всего несколько лет назад — поджог «Фаланстера» и избиение независимого тогда галериста Гельмана (не так уж давно это было, чтобы напрочь об этом забыть).
Разве все это не укладывается в точно такую же цепь событий?

Не возвращайся: здесь опять гэбня
И пародируется застой, —


писала Елена Фанайлова в книге «Русская версия».

Визит органов опеки современного искусства к Фальковскому — сигнал обществу о сужении безопасного поля высказывания и выражения гражданской позиции.
Раньше, до разгрома его мастерской, чтобы получить неприятности от людей в черном, нужно было вступить с государством в открытый конфликт.
Теперь достаточно твоего собственного творчества и поддержки тех, кто сидит в тюрьме.

putinput.







Исламский проект.


Новые передовики села.


Семья будущего.

















Tags: Беллетристика., Психология творчества, Художественная практика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 5 comments