analitik_2009 (analitik_2009) wrote in m_introduction,
analitik_2009
analitik_2009
m_introduction

Categories:

Обращение к Павлу Астахову.


Обращение сотрудниц Кризисного центра к уполномоченному по правам несовершеннолетних в России Павлу Астахову



Уважаемый Павел Алексеевич,

Как социальные работники, ежедневно сталкивающиеся со страшными случаями насилия в семьях, мы очень рады Вашему активному отклику на дело 9-месячной Ани Шкапцовой, убитой собственным отцом.
Мы всей душой приветствуем Вашу решимость наконец принять действенные меры, чтобы предотвратить подобные случаи в будущем, путем профилактики и своевременного пресечения насилия в семье.


Убийству Ани Шкапцовой предшествовали многолетние регулярные избиения Александром Кулагиным членов нескольких семей, включая детей, которые не были пресечены правоохранительными структурами, пока дело не дошло до убийства Кулагиным собственной дочки.

В первом браке Александр Кулагин 9 лет избивал свою первую жену Светлану, даже в какой-то момент облил жену бензином и поджег, и тем не менее оставался совершенно безнаказанным.
Бил Кулагин и своих детей от этого брака.
Полугодовалую дочку один раз просто кинул об пол.
Ребенок, к счастью, тогда выжил.
После того, как первая жена Кулагина убежала от него фактически на улицу в чем была, в качестве мести Кулагин при помощи отца-милиционера добился лишения ее родительских прав.
Вместо того, чтобы наказать истязателя, государство наказало... женщину.
Сейчас ее дети воспитываются опекунами.


После этого Кулагин нашел себе другую гражданскую жену, Ирину.
Ее саму и ее детей, Дашу и Женю, он тоже регулярно избивал, пока та от него не ушла.
Продолжились избиения и в третьей семье Кулагина.
В ходе одного из них Кулагин не ограничился битьем 19-летней Светланы Шкапцовой, а ударил и 9-месячную Аню. Как видно из всей предшествующей истории, битье младенцев для него не было чем-то необычным.

К смерти маленькой Ани вели более чем 10 лет регулярного насилия.
Об этом насилии было прекрасно известно правоохранительным органам: еще первая жена Кулагина многократно обращалась в милицию.
Не случайно полицейские, расследовавшие инсценированное “похищение” Ани Шкапцовой, пришли к первой жене Кулагина на следующий же день: подозрения об убийстве у них появились тут же, ведь досье по насилию над близкими на Кулагина было к этому моменту огромным.

Вот только пока не дошло до убийства младенца, домашнего тирана Кулагина никто не остановил.

Случай Кулагина - не исключение, а правило:

Жертвами домашних садистов становится обычно не один, а сразу несколько близких людей. Хотя Кулагин, с его 3 женами и 5 детьми, подвергавшимися избиениям, в некотором роде, рекордсмен.
Пока дело не доходит до убийства, преступника никто не останавливает.
Несмотря на то, что жертвы насилия в семье обращаются во все возможные инстанции, ни милиция, ни суд, ни медицинские учреждения, ни социальные службы не могут оказать им реальную помощь.

О домашних насильниках прекрасно знают на многих уровнях правоохранительной системы. У каждого российского участкового на учете десятки, а то и сотни семей, где регулярно происходят избиения.
Но ничего не делается для того, чтобы предотвратить смерти, подобные смерти маленькой Ани Шкапцовой.

Сегодня правоохранительная система не может своевременно реагировать на случаи домашнего насилия.
Нет механизмов, которые бы позволили правоохранительным органам выполнять профилактическую функцию, они могут только наказывать, когда случается убийство.

Оставшиеся один на один с насильником в условиях хронического невмешательства и игнорирования систематического насилия со стороны правоохранительных органов и социальных служб, женщины порой решают, что лучше самоубийство, чем такая жизнь.
В последние несколько лет в России участились случаи суицидов страдающих от насилия женщин: жертва выбрасывается из окна вместе со своими детьми.
Масштаб этого уже принимает размеры эпидемии.
Вот лишь некоторые случаи, освещенные в СМИ:

Москва, 25 февраля 2008 года – 35-летняя женщина вместе с шестилетним ребенком выпрыгнула с 26 этажа одного из корпусов гостиницы Измайловская;
Рубцовск, 22 апреля 2008 года, ул. Октябрьская, д. 20 – женщина и ее малолетняя дочь;
Москва, 26 мая 2009 года, ул. Декабристов, д. 10, корп. 1 – женщина и трехлетняя девочка;
Москва, 30 января 2010 года, ул. Совхозная, д. 49 – 32-летняя Елена Цаплина и ее четырехлетний сын Саша;
Калининград, 25 февраля 2010 года – беременная женщина и ее пятилетний сын выпрыгнули с 5 этажа;
Москва, 25 апреля 2010 года, ул. Юных Ленинцев – женщина и четырехлетний сын;
Санкт-Петербург, 1 июля 2010 года, ул. Звездная – женщина и двое детей;
Краснозаводск, 10 июля 2010 года, ул. Театральная, д. 16 – 22-летняя женщина с двухмесячным сыном;
Тольятти, 26 августа 2010 года, пр. Степана Разина, д. 63 – 41-летняя женщина с годовалой дочерью;
Моксва, 26 мая 2011 года, ул. Братеевская, д. 35, корп. 3 – женщина 30 лет с грудным ребенком;
Нижний Новгород, 24 октября 2011 года, Автозаводский район, Молодежный пр. – женщина и ее малолетний ребенок.

Отсутствие четкой системы профилактики и реагирования на домашнее насилие ведет к тысячам смертей и искалеченных судеб, способствует формированию чувства незащищенности жертв и безнаказанности насильника, заставляет жертв рассчитывать только на собственные силы.

В сложившейся ситуации государство фактически отказывает жертвам насилия в реализации нескольких важнейших прав человека, закрепленным в Конституции Российской Федерации – праву не подвергаться насилию (ст. 21), праву на жизнь (ст. 20) и на государственную защиту (ст. 45).

Важно подчеркнуть, что правоохранительные органы бездействуют совсем не по лености или злому умыслу. В российском законодательстве нет понятия «насилие в семье», не закреплены меры экстренной защиты жертв насилия, правоохранители не наделены конкретными функциями реагирования на домашнее насилие. Сложилась парадоксальная ситуация, при которой полицейские, даже желая оказать потерпевшим реальную помощь, разводят руками: “мы ничего не можем сделать”.

Так продолжаться не должно.
Государство обязано оказать реальную помощь жертвам насилия в семье.
В смерти Ани Шкапцовой фактически виноват не только непосредственный убийца - ее отец. Соучастие в этом преступлении неосознанно принимала вся правоохранительная система.

Мы рады, что Вы подключились к расследованию причин убийства Ани Шкапцовой.
Вместе мы можем и обязаны сделать так, чтобы таких убийств никогда больше не происходило.
Наш опыт социальной работы с жертвами насилия, их юридической поддержки, и сотрудничества с правоохранительными органами позволяет нам с уверенностью сказать, что следующие две меры будут реальным шагом к защите российских семей.

Поэтому сегодня мы просим Вас поддержать активные и действенные меры защиты уязвимых членов семьи от домашнего насилия:

Во-первых, мы просим Вас совместно с депутатами Госдумы заполнить пробелы в законодательной базе, которые мешают правоохранительным органам защитить жертв насилия в семье.

Новое законодательство должно обеспечить следующий комплекс мер, направленных на профилактику домашнего насилия, защиту, поддержку и реабилитацию жертв, а также обеспечение адекватного наказания для виновников жестокого обращения и мер по коррекции их поведения:


Законодательное закрепление понятия «насилие в семье»;
Создание системы первичной и вторичной профилактики насилия в семье (перечень субъектов, функции, взаимодействие);
Создание достаточного количества доступных временных убежищ для уязвимых членов семьи;
Эффективная социальная и правовая поддержка лиц, пострадавших от насилия в семье;
Перевод дел о домашнем насилии (побои, легкий вред здоровью) из категории частного в публичное обвинение;
Создание мер экстренной защиты потерпевших от насилия – охранных ордеров – предусматривающих в том числе обязанность агрессора не совершать повторных актов насилия, не вступать в контакт с жертвой, сдать оружие и т.д.;
Введение однозначного запрета на медиативные процедуры в уголовных процедурах и процессе назначения охранного ордера;
Создание обязательных психокоррекционных программы для лиц, применяющих насилие в семье;
Введение государственных компенсаций морального и материального вреда потерпевших, позволяющих им реабилитироваться и вновь стать продуктивными членами общества.

Эти предложения учитывают российскую специфику, дополняя и улучшая уже принятые в ряде постсоветских государств меры по борьбе с насилием в семье.
Мы верим, что Российское государство способно построить по-настоящему эффективную систему защиты уязвимых членов семей, с которой можно будет брать пример всему миру.

Во-вторых, мы просим Вас призвать Правительство Российской Федерации незамедлительно подписать и ратифицировать принятую 11 мая 2011 г. Конвенцию Совета Европы по предотвращению и борьбе с насилием в отношении женщин и насилием в семье, СДСE № 210.
Принятие Конвенции обеспечит защиту женщин от всех форм насилия, обяжет государство предупреждать, преследовать и искоренять насилие в отношении женщин и насилие в семье, а также разрабатывать комплексные рамки, политику и меры для защиты и оказания помощи всем жертвами насилия в семье.
Пока специальное российское законодательство по борьбе с насилием в семье только готовится, принятие Конвенции сразу же даст возможность правоохранительной системе заниматься реальной защитой жертв насилия.

Насилие в семье обходится российскому обществу в десятки тысяч отнятых или искалеченных жизней детей и других уязвимых членов семьи ежегодно.
Любое промедление в этом вопросе сродни преступлению.
Мы надеемся, что в Вашем лице российские дети, страдающие от насилия в семье, обретут настоящего защитника, в первую очередь способствующего предотвращению насилию.

Павел Алексеевич, Ваши активные действия могут изменить судьбы миллионов страдающих от насилия в семье людей в России!
Пожалуйста, помогите беззащитным, и обеспечьте для правоохранителей инструменты, которые предотвратят будущие трагедии. Страшная история Ани Шкапцовой никогда не должна повториться.

Сотрудники СПб РОО “ИНГО. Кризисный центр для женщин”

Tags: Феминизм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments