Lenmarx (lenmarx) wrote in m_introduction,
Lenmarx
lenmarx
m_introduction

Categories:

К. МАРКС О РУССКОЙ ОБЩИНЕ И ЕЕ РАЗРУШИТЕЛЯХ.

Текст представляет компиляцию автором-составителем четырех писем Маркса к Засулич.
Тенденциозен, но дает собирательное мнение Маркса о русской общине и о состоянии теории марксизма к 1881 году.
Выделения составителя сохраняю.
-------------------------------------------------------------------
От составителя

С 1873 года Карл Маркс неожиданно отложил работу над вторым и третьим томами «Капитала» и практически к ним уже не возвращался.
Никто из его товарищей не подозревал об этом.
Даже Энгельс узнал об этом лишь в 1883 году, разбирая рукописи своего умершего друга. (Это довольно спорное утверждение! lenmarx)



В последнее десятилетие своей жизни Маркс обращает свой взор на Россию.
Здесь со второй половины 19 в. возникло движение народнического («русского», общинного) социализма.
Народники видели в русской общине, сохранившейся с ведических времен, почти готовую ячейку коммунизма, развитие которой обеспечило бы России особый, отличный от Западной Европы, некапиталистический путь исторического развития и избавило бы крестьянство от мук «вываривания в фабричном котле капитализма» - пролетаризации и пауперизации (обнищания).


Маркс приступает к изучению русского языка, читает огромное количество русской литературы.
Одновременно он занимается изучением геологии, этнографии и истории первобытного общества.
Специфика этих исследований и загадочное молчание Маркса в последнее десятилетие его жизни говорят о том, что он до конца дней своих думал над вопросом смены общественно-экономических формаций – вопросом, который поныне остается головной болью ученых.
Всегда ли капитализм предшествует социализму?
Действительно ли капитализм является более высокой ступенью общественного развития по отношению к первобытному коммунизму?
И какой вывод следует из того, что высшая, коммунистическая ступень развития сходна с начальной ступенью, представляется возвращением к первобытной форме?
И так далее.

В феврале 1881 г. деятельница народнического движения России В.И. Засулич от имени своих товарищей обратилась к Марксу с просьбой высказать его точку зрения о перспективах исторического развития России, и особенно о судьбах русской сельской общины.
В. Засулич писала Марксу также о большой популярности его «Капитала» в России и о той роли, которую эта книга играла в спорах революционеров об аграрном вопросе и о сельской общине.

Марксом были составлены четыре наброска ответа на письмо Засулич.
Однако то обстоятельство, что в конце концов Маркс ограничился коротким и неопределенным ответом, говорит о его колебаниях.
К великому сожалению, эти наброски были опубликованы лишь в 1924 году.
Если бы они были опубликованы в свое время, не было бы раскола революционного движения на народников и марксистов, и русские марксисты были бы избавлены от многих мучительных заблуждений и поисков своих путей к социализму в аграрной России.

Ведь в первом наброске ответа В. Засулич Маркс говорит, что неизбежность смены феодализма капитализмом он точно ограничил странами Западной Европы.
Подчеркнем: ВЕТХОЙ Западной Европы, как называли ее русские народники.
Хотя в этих набросках Маркс и не говорит о господствующем там иудеохристианском культе мамоны – капитала, которым и объясняется неизбежность капитализма в странах Запада, но об этом достаточно сказано в других работах Маркса и Энгельса.
Эти же наброски Маркса являются в совокупности очерком о крестьянской общине и ее разрушителях, - очерком, весьма актуальным и в настоящее время.

Поскольку тексты набросков во многом совпадают, что усыпляет внимание читателей, то
в данной публикации они сведены воедино, с исключением, насколько возможно, повторов и выделением важных мест.
Полные тексты набросков см.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, изд.2-е, т.19, с.400-421.
-----------------------------------------
НАБРОСКИ ОТВЕТА К.МАРКСА НА ПИСЬМО В. И. ЗАСУЛИЧ

Из 3-го наброска:

«Дорогая гражданка,
чтобы основательно разобрать поставленные в Вашем письме от 16 февраля вопросы, мне пришлось бы углубиться в детали и прервать срочные работы. Но и краткого изложения, которое я имею честь Вам послать, будет, надеюсь, достаточно, чтобы рассеять все недоразумения по поводу моей мнимой теории.

Из 1-го наброска:

1) Разбирая происхождение капиталистического производства (из 2-го наброска: превращение феодального производства в производство капиталистическое), я сказал, что... "основой всего этого процесса является экспроприация земледельцев.
Радикально она осуществлена пока только в Англии... Но все другие страны Западной Европы идут по тому же пути".
Таким образом, я точно ограничил «историческую неизбежность» этого процесса СТРАНАМИ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ.
А почему? Благоволите заглянуть в XXXII главу, в которой сказано:
«Уничтожение его, превращение карликовой собственности многих в гигантскую собственность немногих, эта мучительная, ужасная экспроприация трудящегося народа - вот источник, вот происхождение капитала... Частная собственность, основанная на личном труде... вытесняется капиталистической частной собственностью, основанной на эксплуатации чужого труда, на труде наемном"…
В конечном счете мы имеем здесь превращение одной формы частной собственности в другую форму частной собственности». (стр. 341, столбец 2).
Из 2-го наброска.:
Таким образом, процесс, который я анализировал, заменил форму частной и раздробленной собственности работников капиталистической собственностью ничтожного меньшинства… заменил один вид собственности другим.
Как можно это применять к России, где земля не является и никогда не была "частной собственностью" земледельца?...
Стало быть, единственное заключение, которое они имели бы право вывести из хода вещей на Западе, сводится к следующему: чтобы установить у себя капиталистическое производство, Россия должна начать с уничтожения общинной собственности и с экспроприации крестьян, т. е. широких народных масс.
Впрочем, как раз этого и желают РУССКИЕ ЛИБЕРАЛЫ (…)

Экспроприация земледельцев на Западе привела к "превращению частной и раздробленной собственности работников" в частную и концентрированную собственность капиталистов.
Но это все же - замена одной формы частной собственности другой формой частной собственности.
В России же речь шла бы, наоборот, о замене капиталистической собственностью СОБСТВЕННОСТИ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ.
Конечно, если капиталистическое производство должно восторжествовать в России, то огромное большинство крестьян, т. е. русского народа, должно быть превращено в наемных рабочих и, следовательно, экспроприировано ПУТЕМ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО УНИЧТОЖЕНИЯ ЕГО КОММУНИСТИЧЕСКОЙ СОБСТВЕННОСТИ.
Но, во всяком случае, западный прецедент здесь ровно ничего не доказывает (…)
Прежде всего в Западной Европе смерть общинного землевладения и рождение капиталистического производства отделены друг от друга громадным промежутком времени, охватывающим целый ряд последовательных экономических революций и эволюции, из которых капиталистическое производство является лишь наиболее близкой к нам.
С одной стороны, оно чудесным образом развило общественные производительные силы, но, с другой стороны, оно оказалось несовместимым с теми самыми силами, которые оно порождает.
Его история есть отныне лишь история антагонизмов, кризисов, конфликтов, бедствий.
В конце концов оно показало всем, за исключением тех, кто слеп в силу своей заинтересованности, свой чисто преходящий характер.
Народы, у которых оно наиболее развилось, как в Европе так и в Америке, стремятся лишь к тому, чтобы разбить его оковы, заменив капиталистическое производство производством кооперативным и капиталистическую собственность – ВЫСШЕЙ ФОРМОЙ АРХАИЧЕСКОГО ТИПА СОБСТВЕННОСТИ, Т.Е. СОБСТВЕННОСТЬЮ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ.

Из 1-го наброска:

Обращаясь к далекому прошлому, мы встречаем в Западной Европе повсюду ОБЩИННУЮ СОБСТВЕННОСТЬ БОЛЕЕ ИЛИ МЕНЕЕ АРХАИЧЕСКОГО ТИПА; вместе с прогрессом общества она повсюду исчезла.
Почему же избегнет она этой участи в одной только России?
Отвечаю: потому, что В РОССИИ, благодаря исключительному стечению обстоятельств, СЕЛЬСКАЯ ОБЩИНА, еще существующая в национальном масштабе, может постепенно ОСВОБОДИТЬСЯ ОТ СВОИХ ПЕРВОБЫТНЫХ ЧЕРТ И РАЗВИВАТЬСЯ НЕПОСРЕДСТВЕННО КАК ЭЛЕМЕНТ КОЛЛЕКТИВНОГО ПРОИЗВОДСТВА В НАЦИОНАЛЬНОМ МАСШТАБЕ.
Именно благодаря тому, что она является современницей капиталистического производства, она может усвоить его положительные достижения, не проходя через все его ужасные перипетии (…)

Если бы русские поклонники капиталистической системы стали отрицать теоретическую возможность подобной эволюции, я спросил бы их: разве для того, чтобы ввести у себя машины, пароходы, железные дороги и т. п., Россия должна была подобно Западу пройти через долгий инкубационный период развития машинного производства?..

Из 2-го наброска:

Если бы Россия была изолирована от мира, если бы она должна была сама, своими силами, добиться тех экономических завоеваний, которых Западная Европа добилась, лишь пройдя через длинный ряд эволюции - от первобытных общин до нынешнего ее состояния, то не было бы, по крайней мере в моих глазах, никакого сомнения в том, что с развитием русского общества общины были бы неизбежно осуждены на гибель.
Но положение русской общины совершенно отлично от положения первобытных общин Запада.
Россия - единственная страна в Европе, в которой общинное землевладение сохранилось в широком национальном масштабе
, но в то же самое время Россия существует в современной исторической среде, она является современницей более высокой культуры, она связана с мировым рынком, на котором господствует капиталистическое производство.
Усваивая положительные результаты этого способа производства, она получает возможность развить и преобразовать еще АРХАИЧЕСКУЮ ФОРМУ СВОЕЙ СЕЛЬСКОЙ ОБЩИНЫ, вместо того чтобы ее разрушить (отмечу мимоходом, что ФОРМА КОММУНИСТИЧЕСКОЙ СОБСТВЕННОСТИ В РОССИИ ЕСТЬ НАИБОЛЕЕ СОВРЕМЕННАЯ ФОРМА АРХАИЧЕСКОГО ТИПА, который, в свою очередь, ПРОШЕЛ ЧЕРЕЗ ЦЕЛЫЙ РЯД ЭВОЛЮЦИИ.

Из 1-го наброска:

Если бы в момент освобождения крестьян сельская община была сразу поставлена в нормальные условия развития, если бы затем громадный государственный долг, выплачиваемый главным образом за счет крестьян, вместе с другими огромными суммами, предоставленными через посредство государства (опять-таки за счет крестьян) "новым столпам общества", превращенным в капиталистов, - если бы все эти затраты были употреблены на дальнейшее развитие сельской общины, то никто не стал бы теперь раздумывать насчет "исторической неизбежности" уничтожения общины: все признавали бы в ней элемент ВОЗРОЖДЕНИЯ РУССКОГО ОБЩЕСТВА и элемент превосходства над странами, которые еще находятся под ярмом капиталистического строя.
Другое обстоятельство, благоприятное для сохранения русской общины (путем ее развития), состоит в том, что она не только является современницей капиталистического производства, но и пережила тот период, когда этот общественный строй сохранялся еще в неприкосновенности… перед ней капитализм - в состоянии кризиса, который окончится только уничтожением капитализма, ВОЗВРАЩЕНИЕМ современных обществ к «АРХАИЧЕСКОМУ» ТИПУ ОБЩЕЙ СОБСТВЕННОСТИ или, как говорит один американский писатель, которого никак нельзя заподозрить в революционных тенденциях и который пользуется в своих исследованиях поддержкой вашингтонского правительства - "НОВЫЙ СТРОЙ", к которому идет современное общество, "БУДЕТ ВОЗРОЖДЕНИЕМ (a revival) В БОЛЕЕ СОВЕРШЕННОЙ ФОРМЕ (in a superior form) ОБЩЕСТВА АРХАИЧЕСКОГО ТИПА". Итак, не следует особенно БОЯТЬСЯ СЛОВА «АРХАИЧЕСКИЙ» [1].
Но тогда нужно было бы, по крайней мере, знать эти последовательные изменения.
Мы же ничего о них не знаем.
Историю разложения первобытных общин (было бы ошибочно ставить их всех на одну доску; подобно геологическим образованиям и в этих исторических образованиях есть ряд типов первичных, вторичных, третичных и т. д.) еще предстоит написать.
До сих пор мы имели только скудные наброски.
Во всяком случае, исследование предмета продвинулось достаточно далеко, чтобы можно было утверждать:
1) что жизнеспособность первобытных общин была неизмеримо выше жизнеспособности семитских, греческих, римских и прочих обществ, а тем более жизнеспособности современных капиталистических обществ;
2) что причины их распада вытекают из экономических данных, которые мешали им пройти известную ступень развития, из исторической среды, отнюдь не аналогичной исторической среде современной русской общины.
Читая истории первобытных общин, написанные буржуазными авторами, нужно быть настороже. Они не останавливаются даже перед подлогами.
Например, сэр Генри Мейн [2], который был ревностным сотрудником английского правительства в деле НАСИЛЬСТВЕННОГО РАЗРУШЕНИЯ ИНДИЙСКИХ ОБЩИН, лицемерно уверяет нас, что все благородные усилия правительства поддержать эти общины разбились о стихийную силу экономических законов!
Так или иначе, эта община погибла в обстановке непрестанных войн, внешних и внутренних; она умерла, вероятно, насильственной смертью.
Когда германские племена захватили Италию, Испанию, Галлию и т. д., община архаического типа тогда уже не существовала.
Однако ее природная жизнеспособность доказывается двумя фактами.
Есть отдельные экземпляры, которые пережили все перипетии средних веков и сохранились до наших дней, например на моей родине - в Трирском округе.
Но наиболее важно то, что она так ясно запечатлела свои характерные особенности на сменившей ее общине, - общине, в которой пахотная земля стала частной собственностью, между тем как леса, пастбища, пустоши и пр. еще остаются общинной собственностью, - что Маурер, изучив эту общину вторичной формации, мог восстановить строение ее АРХАИЧЕСКОГО ПРОТОТИПА.
Благодаря перенятым у последнего характерным чертам НОВАЯ ОБЩИНА, введенная германцами во всех покоренных странах, СТАЛА В ТЕЧЕНИЕ ВСЕХ СРЕДНИХ ВЕКОВ (NB: ГОСПОДСТВО ИУДЕОХРИСТИАНСТВА – А.Б.) ЕДИНСТВЕННЫМ ОЧАГОМ СВОБОДЫ И НАРОДНОЙ ЖИЗНИ.
Если после эпохи Тацита мы ничего не знаем ни о жизни общины, ни о том, каким образом и когда она исчезла, то нам известен, по крайней мере благодаря рассказу Юлия Цезаря, отправной пункт этого процесса.
В его время земля уже ежегодно переделялась между РОДАМИ И КРОВНОРОДСТВЕННЫМИ ОБЪЕДИНЕНИЯМИ [tribus des confederations] германцев, но еще не между индивидуальными членами общины. Таким образом, сельская община в Германии ВЫШЛА ИЗ НЕДР ОБЩИНЫ БОЛЕЕ АРХАИЧЕСКОГО ТИПА.
Она была здесь продуктом спонтанного развития, а вовсе не была привнесена из Азии в готовом виде.
Там – В ОСТ-ИНДИИ – ОНА ТАКЖЕ ВСТРЕЧАЕТСЯ, и всегда в качестве ПОСЛЕДНЕГО ЭТАПА ИЛИ ПОСЛЕДНЕГО ПЕРИОДА АРХАИЧЕСКОЙ ФОРМАЦИИ.


Из 3-го наброска:

Я уделяю этому доводу внимание лишь постольку, поскольку он основывается на европейском опыте.
Что касается, например, Ост-Индии, то все, за исключением разве сэра Г. Мейна и других людей того же пошиба, знают, что там уничтожение общинной собственности на землю было лишь актом английского вандализма, ТОЛКАВШИМ туземный народ НЕ ВПЕРЕД, А НАЗАД (…)
"Сельская община" встречается также в Азии, у афганцев и др., но она повсюду представляет собой самый новый тип общины и, так сказать, последнее слово АРХАИЧЕСКОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ ФОРМАЦИИ.
Чтобы отметить этот факт, я и остановился на некоторых деталях, касающихся германской общины.


Из 1-го наброска:

Чтобы судить о возможных судьбах сельской общины с точки зрения чисто теоретической, т. е. предполагая постоянно нормальные условия жизни, мне нужно теперь отметить некоторые характерные черты, отличающие "земледельческую общину" от более древних типов.
Прежде всего, ВСЕ БОЛЕЕ РАННИЕ ПЕРВОБЫТНЫЕ ОБЩИНЫ покоятся НА КРОВНОМ РОДСТВЕ своих членов; РАЗРЫВАЯ ЭТУ сильную, но УЗКУЮ СВЯЗЬ, земледельческая община оказывается БОЛЕЕ СПОСОБНОЙ РАСШИРЯТЬСЯ и выдерживать соприкосновение с чужими.
Затем, внутри нее, дом и его придаток - двор уже являются частной собственностью земледельца, между тем как уже задолго до появления земледелия ОБЩИЙ ДОМ БЫЛ ОДНОЙ ИЗ МАТЕРИАЛЬНЫХ ОСНОВ ПРЕЖНИХ ФОРМ ОБЩИНЫ.
Наконец, хотя пахотная земля остается общинной собственностью, она периодически переделяется между членами земледельческой общины, так что каждый земледелец обрабатывает своими силами назначенные ему поля и присваивает себе лично плоды этой обработки, между тем как в более древних общинах производство ведется сообща и распределяются только продукты.
Этот первобытный тип кооперативного или коллективного производства был, разумеется, результатом слабости отдельной личности, а не обобществления средств производства.


Из 3-го наброска:

Теперь нам нужно рассмотреть наиболее характерные черты, отличающие "земледельческую общину" от общин более древних.
1) Все другие общины покоятся на отношениях КРОВНОГО РОДСТВА МЕЖДУ ИХ ЧЛЕНАМИ.
В них допускаются лишь кровные или усыновленные родственники.
Их структура есть структура генеалогического древа.
"Земледельческая община" была первым социальным объединением людей свободных, НЕ СВЯЗАННЫХ КРОВНЫМИ УЗАМИ.
2) В земледельческой общине дом и его придаток - двор были частным владением земледельца.
Общий дом и коллективное жилище были, наоборот, экономической основой более древних общин
, задолго до становления пастушеской и земледельческой жизни. Конечно, встречаются земледельческие общины, в которых дома, хотя и перестали служить коллективным жилищем, периодически меняют владельцев.
Индивидуальное пользование сочетается, таким образом, с общей собственностью.
Но такие общины носят еще печать своего происхождения: они находятся в состоянии переходном от общины более архаической к земледельческой общине в собственном смысле.
3) Пахотная земля, неотчуждаемая и общая собственность, периодически переделяется между членами земледельческой общины, так что каждый собственными силами обрабатывает отведенные ему поля и урожай присваивает единолично.
В общинах более древних работа производится сообща, и общий продукт, за исключением доли, откладываемой для воспроизводства, распределяется постепенно, соразмерно надобности потребления.

Понятно, что дуализм, свойственный строю земледельческой общины, может служить для нее источником большой жизненной силы.
Освобожденная от крепких, но тесных уз кровного родства, она получает прочную основу в общей собственности на землю и в общественных отношениях, из нее вытекающих, и в то же время дом и двор, являющиеся исключительным владением индивидуальной семьи, парцеллярное хозяйство и частное присвоение его плодов способствуют развитию личности, несовместимому с организмом более древних общин.)

Из 2-го наброска:

4) АРХАИЧЕСКАЯ ИЛИ ПЕРВИЧНАЯ ФОРМАЦИЯ ЗЕМНОГО ШАРА состоит из целого ряда напластований различных периодов, из которых одни ложились на другие.
Точно так же АРХАИЧЕСКАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ФОРМАЦИЯ открывает нам ряд различных этапов, отмечающих собой последовательно сменяющие друг друга эпохи.
РУССКАЯ СЕЛЬСКАЯ ОБЩИНА принадлежит к самому новому типу в этой цепи.
Земледелец уже владеет в ней на правах частной собственности домом, в котором он живет, и огородом, который является его придатком.
Вот первый разлагающий элемент архаической формы, не известный более древним типам.
С другой стороны, последние [более древние типы] покоятся все на отношениях КРОВНОГО РОДСТВА между членами общины, между тем как тип, к которому принадлежит РУССКАЯ ОБЩИНА, УЖЕ СВОБОДЕН ОТ ЭТОЙ УЗКОЙ СВЯЗИ.
Это открывает более широкий простор для ее развития…

Легко понять, что свойственный "земледельческой общине" дуализм может служить для нее источником большой жизненной силы, потому что, с одной стороны, общая собственность и обусловливаемые ею общественные отношения придают прочность ее устоям, в то время как частный дом, парцеллярная обработка пахотной земли и частное присвоение ее плодов допускают РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ, НЕ СОВМЕСТИМОЕ С УСЛОВИЯМИ БОЛЕЕ ДРЕВНИХ ОБЩИН.
Подхожу теперь к существу вопроса.
Незачем скрывать, что АРХАИЧЕСКИЙ ТИП, К КОТОРОМУ ПРИНАДЛЕЖИТ РУССКАЯ ОБЩИНА, таит в себе внутренний дуализм, который, при наличии определенных исторических условий, может повлечь за собой ее ГИБЕЛЬ.
Собственность на землю общая, но каждый крестьянин, подобно мелкому западному крестьянину, обрабатывает свое поле своими собственными силами.
Общинная собственность, парцеллярная обработка земли - это сочетание, полезное в эпохи более отдаленные, становится опасным в наше время.
С одной стороны, движимое имущество, элемент, играющий все более и более важную роль в самом земледелии, все сильнее дифференцирует имущественное положение членов общины и вызывает в ней, особенно под фискальным давлением государства, борьбу интересов; с другой стороны, утрачивается экономическое преимущество общинного землевладения как базы кооперативного и согласованного труда.
Но не нужно забывать, что в использовании не подвергающихся разделу лугов русские крестьяне уже применяют коллективный образ действий, что их привычка к артельным отношениям значительно облегчила бы им переход от парцеллярной обработки к обработке коллективной, что физическая конфигурация русской почвы благоприятствует соединенной обработке с применением машин в широком масштабе и что, наконец, русское общество, так долго жившее на счет сельской общины, обязано авансировать ей первоначальные средства, необходимые для этого изменения.
Разумеется, речь идет только о постепенном изменении, которое нужно было бы начать с того, чтобы поставить общину в нормальное положение на ее нынешней основе.


Продолжение материала, здесь.


Tags: Маркс, Методология марксизма
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments