Analitik (analitik_tomsk) wrote in m_introduction,
Analitik
analitik_tomsk
m_introduction

Categories:

2. БОБ БЛЭК: «как спрятать труп»...и другая метафизическая дребедень.

«ЛУМПАНИКС»

В Олбани, в 1987–1995 годы, Блэк занимается этнографией маргиналов и маргинальных явлений, задачей, отчасти решенной книгой Стэнга «High weirdness by mail» и отчасти – монографией Донны Косси «Kooks».

Bob_Black

В первой половине 1990-х выходят еще две книги Блэка: «Beneath the underground» («Feral House», октябрь 1994) – про маргиналов, и «Friendly Fire» («Autonomedia», декабрь 1992) – коллекция документов, посвященных судебным и другим конфликтам с левым движением, в том числе протокол суда.
Блэк дружен с двумя из ключевых фигур подполья – Адамом Парфри («Feral House») и Майком Хоем («Loompanics»).
Парфри – прославленный этнограф радикального люда и редактор нескольких антологий (среди которых знаменитая «Apocalypse Culture», давшая название культурному направлению).
Другую такую антологию Парфри выпустил совместно с Блэком: «Rants and Incendiary Tracts, Voices of desperate illumination 1558 to present» (1989).
Книга эта достаточно интересна тем, что труды анархистов и левых радикалов идут подряд с сочинениями Хомейни, Селина и Эзры Паунда.
Расплодившиеся к середине 1990-х в невероятном количестве жандармы от политкорректности написали на эту книжку (и на Боба Блэка вообще) чудесный донос и назвали его «Анархо-интегрализм».
Трактат сей (как и все нападки на Блэка со стороны европейских левых) являет собой достаточно смешной артефакт культурных мискоммуникаций.
Дело в том, что европейские левые живут на гранты от правительственных и парламентских организаций, и обвинить кого-то в политнекорректности (а тем паче в антисемитизме) значит лишить его партию средств к существованию.
Поэтому такие обвинения принимаются серьезно, с обвиненным перестают общаться (однако обвинения во вторичной ассоциации с фашистом – «такой-то фашист, потому что видели, как он разговаривает с известным фашистом» – действуют не менее эффективно).
А в Америке всем все равно.
Политическая позиция самого Блэка была лучше всего изложена самим Стэнгом в предисловии к «Упразднению работы»: «...он не справа и не слева от центра; он находится на той отдаленной точке ПОСЕРЕДИНЕ между правым и левым на том самом месте, где смыкается образуемая ими окружность».
Блэк левее самого правого и правее самого левого в такой степени, что эти мелкие различия теряют смысл.
В «Книге Субгения» эта позиция объявляется официальной позицией Церкви.
И действительно, анархо-интегрализм.
Именно эту позицию взял за образец Адам Парфри, легитимировавший ее в качестве нишевой субкультуры.
В американских книжных магазинах спешно открывают полку с надписью «Apocalypse Culture» – для таких вот продуктов, которые с каждым годом делаются все популярнее и обыденнее.
Еще был «Лумпаникс», «лучший книжный каталог в мире», как гласит его собственный рекламный лозунг.
«Лумпаникс» – издательство, распространяющее свои продукты через колоссальных размеров каталог, наполненный в основном руководствами полубандитского содержания – «как подделывать документы», «как воровать кредитные карты», «как спрятать труп» и прочей метафизической похабщиной.
Издается это не для бандитов, а для той же цели, что и «Поваренная книга анархиста» – для того, чтобы задроченный и малахольный офисный работник мог хотя бы на мгновение ощутить себя благородным террористом, бандитом и фальшивомонетчиком.
Использовать «Поваренную книгу анархиста» для какой-нибудь еще цели, как известно, весьма глупо и даже опасно.
Добрая половина рецептов в такого сорта литературе (типа рецепта добывания LSD из банановых корок) абсолютно бесполезна, добрая часть из оставшихся – просто вредна, а неплохая часть (в частности, многие бомбы и взрывчатые смеси) гарантированно взорвется не там, где хочется, а непосредственно в процессе изготовления.
Такая вот «self-help» и «self-empowerment».
На русский это дело переводится, я думаю, само-омощнение.
Одним из популярных авторов само-омощнения для «Лумпаникса» был Джим Хогшир, автор книжки «Опиум для народа: практическое руководство по выращиванию мака и производству опия».
Книжка эта замечательна, среди прочего, тем, что за ее покупку (и в опровержение неверных утверждений, которые в ней содержались) одного человека посадили на двадцать лет.
В конце февраля 1996 года Боб Блэк приехал в Сиэтл, чтобы поработать над статьей об издателях «Лумпаникса».
Блэка, ради экономии, вписали на квартиру к Джиму Хогширу.
Хогшир был настоящим энтузиастом лучшей жизни через химию: он издавал самиздатский журнал «Pills a-go-go» про то, какие колеса можно есть и зачем, даже питался исключительно химикалиями.
Еще Хогшир был мусульманин радикальной ориентации и требовал немедленного уничтожения государства Израиль.
Если бы у Блэка был Интернет, он мог бы узнать все это заранее: Хогшир довольно много писал в Юзнет, и его сообщения были, прямо скажем, однообразны – весьма и весьма.
Что произошло в гостях у Джима Хогшира, сказать трудно.
С одной стороны, мы имеем весьма внятный, убедительный и хорошо написанный очерк Блэка «Свидание с Джимом Хогширом».
С другой стороны, мы имеем рассказ самого Хогшира в пересказе третьих лиц (отношения Хогшира с английским языком прохладные, как легко видеть из его статей в Юзнете; соответственно, и историю с Блэком он нигде внятно не рассказал).
Обе версии реальности сходятся в одном – Хогшир обиделся за религию и стал угрожать Блэку ружьем, а затем выкинул его из своего дома.
Блэк, оказавшись посреди незнакомого города в два часа ночи и в крайнем расстройстве чувств, не нашел ничего лучшего, как пойти в полицию и рассказать ей гадости про Хогшира.
У Хогшира провели обыск, он отделался тремя днями за решеткой и штрафом, а Блэка подвергли жестокому остракизму.
Блэк оправдывал стук на Хогшира тем, что тот мог (и собирался) убить его из ружья, и сам наябедничал в полицию первый, а Хогшир объяснял, что Блэк приставал к его жене.
Поверили почему-то Хогширу.

Сотрудничество и дружеские отношения с «Лумпаникс» и с «Feral House» Адама Парфри прекратились, как не бывало.
Все отношения Блэка с маргинальным сообществом на этой истории закончились навсегда.
Впрочем, и само сообщество, сформированное почтовыми рассылками и адресными директориями наподобие «High Weirdness by Mail» и «Factsheet 5», вскоре стало анахронизмом – однако Интернет.
Интересно, впрочем, что ничего, подобного маргиналам Блэка, Косси и Стэнга, в Интернете не откристаллизовалось.
Причина этого, видимо, лежит в интернет-буме 1997–2000 годов, когда каждый, кто знал, куда совать кабель от модема, мог сделать миллион, продавая рекламу на домашней странице.

АНАРХИЯ ПОСЛЕ ЛЕФТИЗМА

Лишенный привычных каналов общения и преданный виртуальному остракизму, Блэк погрузился в теоретическую полемику.
Его мишенью стал закостенелый в академизме и политкорректности американский анархизм леволиберальной ориентации, особенно профессор Мюррей Букчин.
Как и прежде, Блэк выбирает себе оппонентов гораздо ниже себя по интеллектуальному уровню и с удовольствием делает из них котлету.
Впрочем, несмотря на свою очевидную глупость, расслабленный постмарксистский догматизм и общую бессмысленность всей фигуры, Букчин – одна из священных коров американского левацкого истеблишмента.
Атака на этого ученого мужа привела к цепной реакции всей иерархии анархистов, однако американский анархизм застыл как вкопанный с благословенных времен Эммы Голдман, и его авторитетов с тех же самых времен никто не смел и тронуть.
Букчин, впрочем, первым почувствовал опасность своей системе со стороны аутсайдеров и нанес упреждающий удар книжкой «Социальный анархизм или поверхностный анархизм – непреодолимая пропасть» (1995).
В книжке этой рассказывалось, что раньше все было как надо, а сейчас хрен знает откуда полезли какие-то непонятные и непонятно чего хотят, наверное, притворяются; а во всем виноват Макс Штирнер.
Ответом Букчину стали последние на настоящий момент книги Блэка – «Anarchy After Leftism» и «Withered Anarchism» (игра слов: «Withered Anarchism» значит «увядший анархизм», «Whither Anarchism» («куда, анархизм») – название статьи Букчина).
Блэк выступает в роли теоретика анархии (ссылки в «Withered Anarchism» занимают чуть ли не половину текста), воюя с Букчиным на его же территории.
Расклеить листовку было бы куда эффективнее, ага, но время прошло.
Удивительно, но анархизм, возникший как отказ от авторитетов и самой институции авторитета, немедленно оброс авторитетами.
Авторитетами тем более идиотскими, чем более безжизненным и окаменелым становится идеал анархии; а идеал анархии в окружении таких авторитетов ничем другим стать не может.
Получается, что окаменение авторитарной интеллектуальной структуры, окружающей анархизм, стимулирует вырождение самого анархизма и одновременно им стимулируется.
Это не только к анархии относится, конечно.
Боб Блэк, гениальный философ, комедиант, сутяжник и скандалист, никогда не станет авторитетом.
И это, наверное, самое главное, что может быть.

Михаил Вербицкий


Tags: Анархизм, Психология творчества
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 8 comments