Analitik (analitik_tomsk) wrote in m_introduction,
Analitik
analitik_tomsk
m_introduction

Categories:

Вид на Расею с колокольни журналиста портала — Ura.ru...

Я была максималисткой с детства и всегда за что-то боролась.
До сих пор считаю: нет конфликта — нет темы.
Все материалы писала на грани, и первый не был исключением.
Когда училась в 11 классе, у нас в городе Чусовой Пермской области в магазинах не было вообще ничего.



1001

1991 год.
Тогда я обошла всех учеников выпускных классов города, чтобы подписались под моим открытым письмом мэру.
Письмо опубликовали в газете «Чусовской рабочий».


И вскоре впервые в жизни в магазинах открыли специальные отделы для выпускников: завезли ткань и два типа туфель фабрики «Скороход»: черные для мальчиков и белые, на небольшом каблучке, для девочек.
Все как-то принарядились.
Поняла тогда, что своими статьями могу менять мир.
И пошло-поехало!


С третьего курса я работала в газете «Аргументы и факты», охренительно популярной, она даже попала в Книгу рекордов Гиннесса по причине высоченных тиражей (в мае 1990 года тираж газеты составлял 33 431 100 экземпляров).
Потом я работала в программе «Взгляд», в «Московском комсомольце», руководителем бюро Strana.ru по Уральскому округу, а когда Strana.ru закрылась, мы сели с ребятами и решили делать свой портал — Ura.ru.
У нас нет субординации, мы все — одна команда.
Сотрудников — сорок человек, и это, я вам скажу, до фига.
Бизнес-плана нет, фиксированного штатного расписания — тоже.
Вот приходит человек, я вижу — хороший, чего ж не взять?
Был бы человек, а работа найдется.


Уральский федеральный округ отличается от России всем.
Мы для вас — кормильцы.
В Ханты-Мансийском автономном округе добывается большая часть российской нефти.
Ямал — это весь газ.
Вся металлургия, черная и цветная, — это Урал.
У нас еще при Ельцине были сильны сепаратистские настроения, и, если б нам удалось от вас отделиться, то хрен знает, кто бы как жил.

С материальной точки зрения люди у нас живут очень хорошо, и аэропорт «Кольцово» в Екатеринбурге гораздо лучше «Домодедова».
При этом в нас чувствуется провинциализм, и мы пытаемся с ним бороться: понимаете, у нас мало людей, которые хотят что-то делать сами.
Я на планерках все время говорю, что у нас только 15% населения готовы что-то менять.
Собственно, для них и пишем.


Мы пишем о том, что интересно нам самим.
Не только пишем, но формируем реальность.
Этим летом, например, нарисовали вокруг дорожных ям и выбоин лица чиновников, которые отвечают за ремонт дорог.


323615817

(Прочитать можно здесь:
Акция! “Заставь чиновника работать”. Граффити на дорогах).

Это не журналистика в чистом виде, мы не пассивные свидетели, а активные участники. Мы прекрасно знали, с кем имеем дело, были уверены, что городские власти устроят нам какую-нибудь гадость, и возле каждой ямы, прямо на дереве, повесили камеру.
Смотрим: приехали чиновники, за ними — рабочие на маленьких машинках, которые попытались портреты стереть, но ничего у них не получилось.
На каждом портрете устраивали экстренное совещание: вот они ходят ногами прямо по губернатору и говорят: «Что ж делать-то, а?»
Потом привезли краску, замазали портреты, и получилась полная хреновина — яма в рамке. Той же ночью мы пошли к этим ямам и написали на асфальте краской: «А заделывать не пробовали?»
Наутро выбоины заделали.


Недавно раскопали историю: заместитель генерального прокурора Юрий Пономарев начал строить себе в уральском поселке Малый Исток дачу.
По нашим сведениям, стройка идет прямо в природоохранной зоне, вырубается лес.
Мало того — прорубаются огромные просеки, размером с Тверскую улицу, чтобы хозяину было удобно выезжать с участка.
Мы фотографируем это дело, в начале августа пишем заметку, на которую прокуратура реагирует удивительным образом: да, по факту этой информации начинается проверка прокуратуры, но не в отношении Пономарева, а в отношении меня.
Подчиненные Пономарева требуют представить источник получения информации, источник получения фотографий.

Бред.
В такие моменты чувствую себя так, как будто борюсь с ветряными мельницами.


Перед парламентскими выборами у нас на портале постоянно появлялись материалы о том, что электорат собирают при помощи продуктовых заказов и «наливайки».
Это наш позор, и он распространен во многих городах.
Власти относятся к народу, как к быдлу.
Я считаю, что они занимаются маргинализацией населения: сотни человек стоят в очереди, давят друг друга, тянут руки за бесплатной булкой хлеба.


В последние десять лет в стране происходит отрицательная селекция, и ее результат прекрасно виден: тот же замгенпрокурора — человек с начинкой опера, а губернатор не тянет даже на главу района.
И так далее, до бесконечности.

Два года назад у нас был назначен новый начальник ГУВД Михаил Бородин.
Приехал к нам из Москвы, прихватив с собой команду.
Через несколько месяцев к нам стали поступать сведения, из которых складывалось впечатление, что новым людям отдали регион на разграбление: они стали обкладывать людей данью — тупо, всех.
По московским расценкам.

В общем, наша полиция превратилась в акционерное общество, и об этих фактах мы стали писать: например, у нас есть самый крупный (после того, как разгромили московский «Черкизон») в России рынок — «Таганский ряд», огромный узел, связывающий Европу с Азией, в торговле задействованы тысячи людей.
Собственники рынка отказались платить ментам.
Ну и получили.
В один прекрасный день туда пришли доблестные сотрудники органов и набрали товара на хренову тучу денег — 500 млн рублей.
Никак не обосновали.
Изымали все без документов.
Не только вещи, но и наличку.
До сих пор ничего не отдали.

Бедные бизнесмены в суды пытаются подавать, Путину-Медведеву писать.
Мы, конечно, мимо такого беспредела не прошли.
После наших публикаций задержали полицейского Сергея Рахманова, который попался на взятке в 14 млн рублей.
Он собирал с бизнесменов деньги для своего руководства, и об этом мы тоже написали. После этого меня пригласил на разговор тот самый Юрий Пономарев.
Посоветовал куда-нибудь на время уехать или попросить охрану в ФСБ: «Аксана, ты же понимаешь, там банда отморозков, а у тебя — маленький ребенок».
И это мне говорит не кто-нибудь, а заместитель генпрокурора!

При этом я понимаю, что все мои проблемы от того, что я об этих фактах говорю, а прокурор — молчит.
Получается, я за него делаю его работу.
А прокурор сидит в кустах и шепотом меня предупреждает.

Я ему сказала, что никуда не поеду, а защитить себя могу одним-единственным способом — говорить об этом.


Губернатора Свердловской области Александра Мишарина недавно сменил Евгений Куйвашев — бывший полпред президента в Уральском федеральном округе.
Ничего про него сказать не могу, поскольку сегодня все губернаторы — на одно лицо. Время великих, сильных руководителей закончилось.
Каждый последующий — хуже предыдущего.

Новый губернатор у нас с мая, ничего выдающегося не сделал.
Мог бы совершить один настоящий, достойный поступок: подал бы в отставку, и у нас прошли бы прямые выборы.
Мы в состоянии выбрать сами.
И, поверьте, есть из кого.
А что делает этот назначенец?
Решил со всеми мэрами в баню пойти, чтобы поближе познакомиться.

Вообще-то в Свердловской области девяносто четыре мэра, из них — три женщины. Я уж не знаю, как они с этой проблемой справятся и где они найдут баню на сто человек. Вообще, то еще зрелище: я, например, человек, мыслящий картинками.
Если я хоть раз увижу мэра Карпинска без портков, то и в скафандре на него смотреть не смогу.
И вообще, что можно обсуждать в бане?
В рабочее время, за казенный счет?
Люди смеются, рейтингами будут мериться.
Чувствуете масштаб поступков?


Мне стыдно, что у нас в округе находится столица путинизма — Нижний Тагил.
Это мрачный город с населением в 350 тысяч человек.
Они делятся ровно на две половины, обслуживающие два предприятия — Нижнетагильский металлургический комбинат и Уралвагонзавод.
К сожалению, УВЗ, считавшийся самым крупным в мире машиностроительным предприятием, сейчас находится в овощном состоянии.
Там ничего не производят — танки у них никудышные, вагоны не нужны РЖД, потому что сходят с рельсов.
Когда перед президентскими выборами в Екатеринбурге был митинг и Путин должен был выступать с танка — как Ленин с броневика, — УВЗ не смог найти ему танка.
Они нашли два, которые выставлялись на каких-то международных выставках, но некоторые детали были сделаны чуть ли не из картона.
До Екатеринбурга танки просто не доехали.


Мы много пишем про полпреда президента в Уральском округе Игоря Холманских. Он вызывает какой-то нездоровый интерес у читателей, как говорящая зверушка или чужое увечье.
Это, конечно, удивительный человек: он всюду ходит со своим помощником и любит, когда о нем говорят в третьем лице.
Представьте себе, подходят они вдвоем, и помощник пеняет: «Игорю Рюриковичу не нравится, как о нем пишут на вашем портале».
«Да», — важно кивает Игорь Рюрикович.
«Если вы не смените тон своих публикаций, то Игорь Рюрикович примет меры», — продолжает помощник.
«Да», — подтверждает Игорь Рюрикович, который стоит тут же, рядом.
Смеяться некому.
Я всей редакции сказала: «Если в текстах про Холманских не будет иронии, то это будет свидетельством нашей профессиональной деформации».


Сама большая глупость Холманских состоит в том, что он согласился на пост полпреда. А дальше покатилось.
Человек просто не на своем месте.
Ну, например, есть у него друг в Нижнем Тагиле, а у друга — дача, где-то под Нижним Тагилом, а в этой даче — розетка, в которой не хватает силы тока, и у друга бритва не работает.
Друг обратился к Холманских: раз ты теперь такой начальник, может, подсобишь с розеткой? Полпред научил его написать письмо в свою общественную приемную.
Потом это письмо публично рассмотрел и распорядился дать ток в деревню друга.
Решил проблему.
А можно было просто бритву опасную купить.
Или вот вчерашний случай: полпред оказался рок-фанатом, пригласил к себе солиста «Чайфа» Владимира Шахрина.
И говорили они о... развитии хоккея на траве.
Только вот в это время за окном у полпреда несколько предприятий проводили акции протеста.
На Урале голодают, не выходят из забоев, проводят митинги, публично заявляют о недоверии Путину — не помню, когда столько забастовок одновременно было, — а Игорь Холманских, который с подачи Кремля возглавляет движение в защиту человека труда, сидит и о хоккее говорит.
Раневская вспоминается: «Извращений, собственно, только два — хоккей на траве и балет на льду».
Короче, вот такой у нас полузащитник рабочих, ни на один завод не съездил, с людьми не поговорил — ему некогда, о хоккее на траве перед долгой уральской зимой думает.


Заголовки — сто процентов успеха.
Это интернет.
У меня есть только заголовок, чтоб вы кликнули в текст.
Ошиблась — хоть бриллианты с изумрудами внутри рассыпь — все зря будет.
Работающий заголовок: «Глава УГМК показал женщине-министру свои маленькие помидорки. Фото».
Можно было написать: «Свердловскую область с рабочим визитом посетила министр сельского хозяйства РФ.
Она побывала в агрокомплексе УГМК», но с таким заголовком новость на сайте можно было бы похоронить.
А так хочется посмотреть, что внутри.
И мы удовлетворяем любопытство читателя: от нечего делать медный король, как еще называют Андрея Козицына, начал выращивать огурцы с пупырышками (ну нравятся ему именно такие) и помидоры черри, что для Урала необычно.
У нас все заголовки такие.
Ну вот, например: «Полпред собирается на Ямал. Его зам в предвкушении: «Щука лучше, чем секс с женой!».
Фразу мы взяли из твиттера Андрея Колядина, зама Холманских: он поставил этот статус после того, как узнал, что их отправляют в командировку в Салехард, где они будут сопровождать президента Путина, который будет играть в журавлиного вожака и ловить рыбу.



22-may-2009

Путин давно не хочет работать, это понятно.
Приезжает к нам на Урал отдохнуть инкогнито.

Мы об этом узнаем.
Так вот, по расписанию у Путина на рыбалку выделено сорок минут — днем.
А рыба клюет с утра, и ей по фигу президентские графики.
Я раньше думала, что ему рыбу на крючки водолазы насаживают, как в фильме «Бриллиантовая рука».
Но оказалось, что тут практически нанотехнологии используют.
Делают так: рыбу ловят с утра, накачивают кислородом, и она впадает в обморочное состояние ровно на час, затем ее кладут в пруд, за две минуты до прихода Путина она оживает, и тот ловит самого большого муксуна.
Для нормального человека — абсурд.
Для Путина — норма.
Наверняка он искренне считает, что рыба у него всегда так хорошо клюет и всегда такого размера, потому что он опытный рыбак.


j348_x157294


Давно говорили о том, что мой телефон прослушивают.
У нас такой контент, мы работаем с такими людьми, и надо быть к этому готовой.
Совсем недавно мои телефонные разговоры выложили в сеть, и это, конечно, запредельная наглость.
Я подала в суд на МТС — на полицию и ФСБ подавать в суд пока не могу.
Это прецедент.
Еще никто не подавал на них за прослушку.
Пусть скажут, кто запрашивает у них мои разговоры.
А то в России стало нормой, подглядывать, подслушивать.
Власть обмельчала и оподлилась.

Им кажется, что по телефону я обсуждаю что-то жутко интересное, а у меня все просто: «утром — в куплете, вечером — в газете», и про все их дела можно почитать у нас на сайте. Совершенно бесплатно.


В 90% случаев все темы, которые приходят с Урала, начинаем мы.
Наши журналисты были первыми, кто написал про Сагру — поселок в 200 домов, расположенный недалеко от Екатеринбурга.
Год назад, после того как из поселка изгнали семью наркоторговцев, здесь случилась перестрелка: из города приехало 15 легковушек и «ГАЗель», набитые людьми с оружием. Деревня «выставила» девять человек с ружьями, перестрелка продолжалась 40 минут.
Так вот, наши ребята ездили и общались с местными жителями сразу же, когда никто в столице этим и не думал заниматься.


Да, я знаю Ройзмана (основатель екатеринбургского фонда «Город без наркотиков»). Никакого отношения к нашему агентству он не имеет.
То, что делает Ройзман, я поддерживаю.
13 лет в ежедневном режиме он борется с наркоманией, и делает это не за счет государства, а за свой собственный.
Я знаю многих людей, которым он помог, и я не знаю, правильно он поступает или нет, но уверена — по-другому просто нельзя
(многие правозащитники и журналисты обвиняют фонд «Город без наркотиков» в жестоких и малоэффективных методах лечения от наркозависимости).
Да, он берет на себя функции государства, так и я ведь беру на себя функции государства! Мы же это делаем не от хорошей жизни.
Ройзман — местный шериф, и люди идут к нему, потому что больше — не к кому.


У нас недавно один человек отрезал другому голову и пошел с ней по городу.
Он отпилил голову во дворе, средь бела дня, на глазах у детей.
Когда он шел, его никто не остановил.
Где была полиция — один Бог знает, но не скажет.
Деньги, видимо, зарабатывала полиция.
Меня за эту заметку попытались прищучить, мол, нарушила закон о защите персональных данных.
Но, скажите, разве у меня был выход?
Это же преступление, его нужно расследовать.
А значит, об этом преступлении нужно писать, иначе я не смогу показать, что наша полиция не работает.


Не бывает объективных текстов, это заблуждение.
Вся журналистика субъективна: кто-то нравится тебе больше, а кто-то — меньше, и с этим сделать ничего нельзя, да и не нужно.
Журналисты обычные живые люди.
Я прошу своих ребят писать так, как рассказывали бы друзьям.

Аксана Панова, шеф-редактор информагентства Ura.ru

P.S.

Пожелаем Удачи тебе и твоим товарищам от нас, Аксана!
Сейчас у портала и лично его директора Аксаны - непростые времена.
Смотри "Уральская властная мясорубка!



Tags: Протестное настроение
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 82 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →