zlatoalex (zlatoalex) wrote in m_introduction,
zlatoalex
zlatoalex
m_introduction

О ТОМ, КАК СУДЬИ ПОКРЫВАЮТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПОЛИЦЕЙСКИХ


Особенность преступлений против правосудия, которым посвящена отдельная глава уголовного кодекса, состоит в том, что для того чтобы они были реализованы, необходим сам предмет преступного посягательства. А в стране, в которой правосудие как таковое отсутствует, существование такого рода состава преступлений декларативно, а на деле если уголовное производство по ним и реализуется то для достижения совсем иных целей.

Это можно рассмотреть на примере сфабрикованного в отношении меня уголовного дела. Как мной уже ранее было описано https://echo.msk.ru/blog/zlatoalex/2253928-echo/ , в его материалах содержаться доказательства совершения ряда преступлений против правосудия, на что судьи как главные блюстители и стражи Фемиды, должны были среагировать ревностно и незамедлительно, сверкнув разящим мечом юстиции, разом повергнув в прах осмелившихся посягнуть на святое святых, то есть систему судопроизводства зиждущимся на принципе справедливости.

Что же мы видим на деле? Сначала мировой судье уч.№2 Кировского района Казани Халлиулиной В.Н. представляют доказательства того, что характеризующий материал на обвиняемого сфабрикован, более того это прямо следует из показаний допрошенного в качестве свидетеля участкового, а она не только не направляет в правоохранительные органы частное определение о возбуждение уголовного дела, а приговоре ссылается на эту же самую характеристику как ни в чем ни бывало.

Более того, один из свидетелей сначала отказывается от показаний в ходе допроса на судебном заседании, а она не только не препятствует совершению этого преступления, но и наоборот снимает в конце концов оставленный вопрос по существу дела, видя что свидетель на него не желает отвечать.

Дальше больше, при допросе остальных свидетелей оказывается, что тот выше обозначенный свидетель просто лжет и его вообще не было на месте происшествия, но это никак не трогает судью, которая ссылается на его показания в самом приговоре в обосновании своих выводах о виновности.

Обвиняемый сам подает еще до вынесения приговора заявление в следственный комитет, благо что при рассмотрении уголовного дела обнаружилась вся совокупность доказательств для возбуждения уголовного дела, а следственный комитет вообще отказывается регистрировать их в качестве заявлений о преступлении.
Потом подается жалоба в суд, указывая что законом не предусмотрена возможность отказа в рассмотрении заявления о совершении преступления, что по нему обязательна процессуальная проверка и вынесение процессуального решения, а судья Сабитов Кировского районного суда Казани попросту включает дурака, и отказывает в рассмотрении жалобы по основаниям которые вообще к ней не относятся. Ссылаясь при этом на положения статьи касающейся не жалоб в порядке статья 125 УК РФ на нарушение конституционных прав на правосудие, а на рассмотрение процессуальных вопросов доказывания в ходе судебного заседания. Что тоже самое как в огороде бузина, а в городе дядька, и является только прямым подтверждением моего тезиса о том, что его деятельность не имеет никакого отношения к правосудия как таковому, потому и права в этой сфере он защищать не намерен.

Вообще описанная ситуация когда уголовные дела по фактам фальсификации доказательств, фабрикации уголовных дел не возбуждаются, и даже более того выводятся за рамки уголовного процесса, имеет массовый системный характер. И об этом я имею множество свидетельств от разных людей, по самым разным уголовным делам. Когда по заявлениям о преступлениях полицейских, оперативников, следователей не то, что не возбуждаются уголовные дела, они попросту даже не рассматриваются в качестве таковых в положенном законом уголовно –процессуальном порядке.

Фактически это означает, что система уголовной юстиции в Российской Федерации официально узаконила совершение преступлений сотрудниками правоохранительных органов против правосудия, а скорее сказать вывела их за рамки правового поля. Что, по сути, делает это систему функционирующей вне закона, как полукриминальую структуру, служащую не целям восстановления правопорядка, восстановления законности и социальной справедливости, а их попрания.

Суды же в этой системе совсем не являются независимыми арбитрами, наделенными всей полнотой власти определять порядок правоприменения, а представляют из себя скорее подотделы карательных органов, именуемых в законе правоохранительными, закрепляя формальную легитимность их беззакония.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments